
«Черный лебедь» - не учебник по экономике. Это размышления очень незаурядного человека о жизни и о том, как найти в ней свое место.
За одно только последнее десятилетие человечество пережило ряд тяжелейших потрясений: 11 сентября 2001 года, война в Осетии, мировой финансовый кризис. Все эти события, представляющиеся нам сейчас закономерными, казались абсолютно невозможными, пока они не произошли.
Сорокадевятилетний ливанец, выпускник Сорбонны и нью-йоркский финансовый гуру Нассим Талеб называет такие непредсказуемые происшествия Черными лебедями. Он убежден: именно они дают толчок как истории в целом, так и существованию каждого отдельного человека. И чтобы преуспеть, надо знать, как с ними обращаться. Сразу после выхода этой книги автор блестяще продемонстрировал свою «не-теорию» на практике: на фоне финансового кризиса компания Талеба заработала (а не потеряла!) для инвесторов полмиллиарда долларов.
Из главного еретика Уолл-стрит, который в одиночку выступил против легиона футурологов и аналитиков, Нассим Талеб превратился в фигуру, чье влияние распространяется далеко за пределы финансового мира.
Его «Черный лебедь» семнадцать недель держался в списке бестселлеров «New York Times» и переведен на 27 языков.




Неплохая книга, хотя немного затянутая. Автор заявляет справедливо, что окружающий нас мир относительно реален, и наше сознание воспринимает лишь описание мира. Наука - квинтэссенция описания мира, предлагает различные теории описания мира. Автор критикует принцип такого изучения мира, но сам манипулирует научными и философскими понятиями, которые описывают мир: вероятности событий, закономерности и т.д., и таким образом противоречит сам себе. Понятно, что вероятность придуманная категория, отражающая ограниченность человеческого восприятия. На самом деле, любая вероятность закономерна, но человек не в состоянии проследить причинно-следственную цепочку событий, чтобы увидеть и предсказать эту закономерность. Поэтому придуманы различные понятия, чтобы хоть что-то вырвать из окружающего хаоса, и успокоить себя очередным описанием мира.