Хрусталёв Д.Г.. Книги онлайн

Порою создается впечатление, что биография политика XI в. лишена столь характерных для современности противоречий, и ее рассмотрение не составляет труда. Однако, ситуация с Ефремом Переяславским изначально оказывается не лишенной сложностей, а для историографии XX в. — совсем запутанной. Он был одним из первых монахов Киево-Печерского монастыря; затем, в результате конфликта с киевским князем Изяславом Ярославичем, вынужден был бежать в Византию; после этого вернулся на Русь титулованным архиереем (митрополитом) и стал в начале 1090-х гг. проводить церковную политику, которую иногда называют «прозападной», — интрига содержится уже в скупом перечислении этих фактов.

Вероятно, возникновение при рассмотрении событий конца XI в. мотива унии с Римом привело к тому, что сама тема «Ефрем Переяславский» длительное время входила в ранг «неприкасаемых». Православные полемисты вынуждены были решительно обороняться: отрицать существование фактов и запутывать источники. С годами неопределенность в этом вопросе только увеличивалась При этом тень Ефрема Переяславского неизбежно проскальзывала практически в каждом исследовании по Русской истории второй половины XI в. Исполненная взлетами и падениями жизнь Ефрема Переяславского содержала контрасты двора и кельи, величия и позора, власти и немощи, все искушения своего века, но лишенный дара отцовства он воссоздал даже его, смирив природу, дополнил мироздание своим потомством из камня и слова, из мысли и дела.

Монгольское нашествие относится к одному из самых мифологизированных периодов русской истории, неизменно привлекающих пристальное общественное внимание. Тем не менее, взглянув на книжную полку, мы к удивлению не обнаружим там современного исследования, в котором фактический материал того времени будет представлен достаточно подробно и без нарочито концептуального флера.

Предлагаемая вашему вниманию книга призвана восполнить этот пробел. События в ней представлены на основе всего доступного комплекса источников, максимально подробно и предельно фактологично. Разумеется, в ключевых местах понятийные акценты расставлены в авторской трактовке, однако они везде лишены каких-либо отсылов к этногенетическим и геополитическим концепциям.

Материал развернут не только на узком промежутке 1237 — 1240 гг., периода собственно монгольского вторжения, но охватывает время предшествующее и последующее ему. Изложение начинается за 7 лет до появления орд Батыя на границах Руси и заканчивается через 7 лет после их ухода. Таким образом, у читателя появляется возможность проследить обстоятельства, ход событий и сделать собственные выводы на максимально широком хронологическом отрезке, позволяющем наиболее качественно и адекватно трактовать произошедшее.

Блаrородный крестоносец и святорусский боrатырь выступают вперед, коrда речь заходит о войнах в Восточной Прибалтике в XIII в. Выражения «утраченные возможности» и «реализованные преимущества» чаще вcero встpeчаются, коrда исследователь обращается к истории покорения этих земель. Здесь особенно примечательно переплетаются леrендарные основы культурных постулатов таких наций как русские, немцы, латыши, эстонцы, финны. Здесь они впервые вступают в противоборство и впервые познают силу соперника.

Для rерманца освоение Ливонии — rероическая страница ero истории. Ero предки бесстрашно несли слово Божье добрым, но не просвещенным ceвepным язычникам. Волевые бюрrеры оставляли свои rорода в уютной Средней Германии и, нашив на rрубые одежды крест, отправлялись в далекие болотные земли, rде вели борьбу и словом и делом. Не меньшее значение этот реrион иr¬рал и в русской истории. Святой воитель — защитник земли и веры — Александр Невский возник в ходе боев в Прибалтике, сформировался здесь как личность и политик. Еще больше чем для русских и немцев события XIII в. имеют значение для прибалтийских народов, вступивших тоrда в кpyr большой континентальной политики и невольно вызвавшие острый цивилизационный конфликт, оформивший раскол Европы на восточную и западную — конфессиональный, политический и культурный разлом.

Блаrородный крестоносец и святорусский боrатырь выступают вперед, коrда речь заходит о войнах в Восточной Прибалтике в XIII в. Выражения «утраченные возможности» и «реализованные преимущества» чаще вcero встpeчаются, коrда исследователь обращается к истории покорения этих земель. Здесь особенно примечательно переплетаются леrендарные основы культурных постулатов таких наций как русские, немцы, латыши, эстонцы, финны. Здесь они впервые вступают в противоборство и впервые познают силу соперника.

Для rерманца освоение Ливонии — rероическая страница ero истории. Ero предки бесстрашно несли слово Божье добрым, но не просвещенным ceвepным язычникам. Волевые бюрrеры оставляли свои rорода в уютной Средней Германии и, нашив на rрубые одежды крест, отправлялись в далекие болотные земли, rде вели борьбу и словом и делом. Не меньшее значение этот реrион иr¬рал и в русской истории. Святой воитель — защитник земли и веры — Александр Невский возник в ходе боев в Прибалтике, сформировался здесь как личность и политик. Еще больше чем для русских и немцев события XIII в. имеют значение для прибалтийских народов, вступивших тоrда в кpyr большой континентальной политики и невольно вызвавшие острый цивилизационный конфликт, оформивший раскол Европы на восточную и западную — конфессиональный, политический и культурный разлом.