В 1908 году российская и мировая общественность начала подготовку масштабного чествования Толстого к его 80-летию, что вызвало у писателя резко негативную реакцию.
Вот одна из многочисленных записей в дневнике, касающихся юбилея: «Хочу написать то, что делается во мне и как делается; то, чего я никому не рассказывал и чего никто не знает. Много писем, посетителей. Особенно важных не было. Затеяли юбилей, и это мне вдвойне тяжело: и потому, что глупо и неприятна лесть, и потому, что я по старой привычке соскальзываю на нахождение в этом не удовольствия, но интереса. И это мне противно». (10 марта 1908 г.).
Позже Толстой написал письмо в редакции газет о том, что готовящийся ему юбилей «чрезвычайно тяжёл» для него. Он просил в нём «всех добрых людей», любящих его, «сделать всё, что возможно, для того, чтобы уничтожить всякие попытки чествования» его.
